Слово "женщина" звучит отвратительно, его фоносемантические признаки (по данным компьютерной программы "Словодел") - "устрашающий" (12,99), "темный" (10,86), "печальный" (10,18). Оно подсознательно вызывает гнев и раздражение. Мужчина-то такому именованию рад: "Коня на скаку остановит..." Но вот сама чувствительная леди назовет так другую, только если стремится обидеть наверняка: "Женщина! Вас тут не стояло!" Наверное, именно поэтому женщина-депутат - явление для нашей страны (тем более - для Пермской области) уникальное. И накануне праздника 8 марта пламенно любимый президент Путин заявил народу, что без двадцати процентов женщин в Думе хороших законов в стране не будет... И не будет, потому что россияне отдают свои голоса исключительно политикам-мужчинам. Почему?
В силу традиции. В отличие, например, от Швеции, где женщины составляют почти половину парламента и ровно половину правительства, большинство российских избирателей считает, что политикой должны заниматься мужчины. Вероятно, "нейтральные" по звучанию мужчины боятся конкуренции реальной (вспомним княгиню Ольгу или ослепительных соратниц Ленина - Инессу Арманд, Александру Коллонтай, Ларису Рейснер). А среди женского электората срабатывает тотальное неосознаваемое соперничество, связанное с конкуренцией брачной (милых дам у нас больше и живут они лет на 15 дольше, чем мужчины)... Вот и начинается завистливо-неудовлетворенное: "Куда полезла? Лучше бы домом занималась, детей рожала..." Сказывается и отсутствие ярких образов. Если в Украине есть яркая Юлия Тимошенко (современное воплощение народной героини Леси Украинки), то Россия, как ни странно, имеет только одну уникальную представительницу - экзотическую Ирину Хакамаду, к которой и приковано общественное внимание.
И все-таки, если какая-нибудь женщина среднего или старшего возраста провозгласит: "Мы, женщины, должны быть в политике!", то при наличии харизмы, яркой политической легенды и сексуальности она может добиться успеха. Особенно действенными считаются образы "профессионала-предметника", "подруги", "матери", "бой-бабы", "комиссара в юбке". Но объективно во властных структурах преобладают номенклатурные "бабы-чиновники".
Победу "чиновницы-Савостьяновой" на выборах 1999 года аналитики связывали либо с "банальными властью и деньгами", так как она "по слухам, даже не проводила встреч с избирателями и большую часть времени проводила в Перми, а не в Березниках или Соликамске. Для победы оказалось достаточно планомерной работы сотрудников социальных и пенсионных служб " (Губернские вести, 24-30.12.99), либо с несогласованными действиями сильных соперников (Пермский обозреватель, 15.10.02). Правда, сама Валентина Борисовна считает, что она "взяла" избирателей "интенсивнейшим общением": "В день я проводила до десятка встреч. ... Приходилось идти на маленькие хитрости. Например, у каждого крупного завода есть свой профилакторий. Вот там я и беседовала с людьми. Иногда было довольно забавно, когда мой визит совпадал, допустим, со временем ужина. Я говорила: "Товарищи, вы кушайте, не отвлекайтесь, а я вам потихонечку расскажу про свою программу" (Звезда, 6.04.00).
Трудно судить, кто лукавит - по природе тенденциозные журналисты либо талантливая "сама себе рекламистка" без денег и административного ресурса освоившая в минимальные сроки огромный регион. Но можно. Обратимся только к фактам и публикациям.
К достоинствам политика-Савостьяновой причисляют, например, "отсутствие мощной политической или экономической "крыши"" (действительно, и губернатор поменялся, и пенсионные службы вышли из-под непосредственного контроля); довольно высокую квалификацию - она кандидат юридических наук и "единственный на всю нынешнюю Госдуму специалист по пенсионному законодательству", а ведь "все избиратели Савостьяновой рано или поздно станут пенсионерами, или уже ими являются" (Политика. 31.01.03).
К недостаткам относили только лишь административную подделку рейтингов (Политком. 8.12.99) и злоупотребления служебным положением в использовании пенсионных денег (МК в Перми, 29-05.04.01; НК 3.04.01). Но все это, если и случалось, то давно.
Сегодня нам представляют умеренно оппозиционного российскому правительству женщину-политика, "явный плюс" которой и в том, что она не является жительницей какого-то одного из городов округа" (Политика. 31.01.03).
Думаю, что формально Валентина Борисовна могла бы претендовать на легендарную презентацию в качестве и "специалиста" (кандидат наук), и "матери" (двое взрослых сыновей), и "комиссара в юбке" ("За мной сорок миллионов пенсионеров"). Жаль только, что все эти образы тускнеют в ореоле привычных всем высказываний чиновницы советских времен. "Моя главная задача - РЕЗКО ОБНОВИТЬ пенсионное законодательство в России. Действующий Закон "О пенсионном обеспечении" принят почти десят лет назад. Несмотря на то, что он ОБРОС ОГРОМНЫМ ХВОСТОМ дополнений и поправок, закон безнадежно устарел по своей сути". "Моя позиция как депутата, ГРАЖДАНИНА, матери" (Звезда. 06.04.00). И так далее... Знамо дело, красноречие (даже отредактированное) - самое слабое место наших политиков, призванных только-то выражать волю народа и принимать мудрые законы. И только общество виновато в невнятной половой самоидентификации своих гражданок: "Встал, умылся, хвостик завязал"... Да и само слово "депутат" женского рода по определению не имеет (впрочем, стильной образованной "самураю" Ирине Хакамаде это не мешает).
Безусловно, все мы когда-нибудь состаримся и пополним ряды потенциальных избирателей "какой-нибудь" предприимчивого политика. Но делать это основным аргументом в большой политической игре, наверное, не стоит. Что касается совета женщине-политику из Дома Советов, то он только один и вредный: "Родился девочкой, терпи..."